Католики в Смоленске: как живут и что с костелом?

Интервью, субъективный взгляд и фото

В рубрике «Мнения» высказался один из авторов «Смоленской стены» о костеле. Мнение интересное, обоснованное, но, на мой взгляд, отстраненное от людей — имеется ввиду простых прихожан. А они все-таки самые заинтересованные здесь лица. Впрочем, о них автор написал, что католиков в Смоленске человек 30-40: места всем хватает в их небольшом здании, расположенном на территории костела. Что интерес подлинный к костелу не у местных верующих, а у польской стороны. И интерес, причем, политический.

Так или не так? Мне захотелось составить собственное мнение, чем я и поделюсь. 27 ноября, 10:40  вхожу в то самое католическое место.

Месса

Начало в 11:00, но меня предупредили: лучше заранее — иначе придется стоять. Утро воскресенья самое многочисленное, к тому же 27 ноября первое воскресенье Адвента (предрождественнское время). Вошла во двор, нашла здание за костелом, и сначала оценила критически это высказывание. Лавки пустовали. Однако минут за 10 на самом деле места были заняты. Люди приходили, здоровались, улыбались — тут все друг друга знают.

56

О ходе служения, думаю, нет смысла писать подробно. Пение, молитва, чтение Библии, проповедь, Вечеря Господня (Причастие). Настоятель с польским акцентом говорил об отношениях в семье, о важности Писания в жизни. Перед началом Вечери количество людей увеличилось. Опоздавшие стояли у дверей: сесть некуда. Я посчитала их количество — примерно, конечно. На каждой лавке по три человека. Лавок 20. То есть 60 человек сидели, и еще около 10-15 стояли. Выходит, примерно 70-75 человек.

Из них, хочу отметить, были четверо африканской внешности. Два парня, как мне показалось, из военной академии и две студентки медуниверситета. Позже я узнаю, что на «большие праздники» сюда приезжают католики со всей области — и тогда помещение оказывается заполнено сверх меры. Так что сказать, что католикам хватает места и без костела — нельзя.

р

Интервью с Татьяной Ефременковой

С ней по моей просьбе меня познакомил коллега. Татьяна — постоянная прихожанка, католичка. Родилась в семье смешанной, наполовину полька. Посещала и православный, и католический храмы. Прилепилась к последнему. Замужем за христианином веры евангельской. Ходят одно воскресенье в тот храм, второе — на католическую службу. Договорились.

вув

Она рассказала мне о мыслях про костел, пожертвованиях на его реставрацию и укладе жизни прихода. Ответила и на довольно каверзные вопросы. Так как, по ее словам, священники с прессой не общаются, остановились на разговоре с ней. Но и этого достаточно — моя собеседница довольно хорошо осведомлена в вопросах жизни общины.

Сколько человек в приходе?

— Смотря в какой день. В обычный — конечно, мало. Потому что люди работают, поздно приходят. Не все успевают. Даже бывает один-два человека. В другой день — побольше. А в праздники тут и стоять бывает негде.

дд

— А в количестве?

— Не считала никогда… Но больше двухсот. Когда такие праздники, хотелось бы и больше, но не все могут из области приехать. Однако стараются быть.

— Верно ли, что большинство прихожан — поляки?

— Нет. Глупости, вообще глупости. Откуда у нас здесь может быть большинство поляков? Поляки, конечно, есть. Ну как поляки? Не те, которые жили в Польше и приехали сюда по какой-то причине. А поляки, скажем так, потомственные. То есть когда-то их предки переехали сюда и жили здесь. Также у нас есть и литовцы, и русские.

122

Священники

Их двое. Живут в здании, расположенном между костелом и строением, в котором сейчас проходят мессы. Один уже около 25 лет находится в Смоленске, настоятель монастыря отец Птоломеуш. А второй, викарный священник, приехал недавно.

— Так как они у нас монахи, это получается мини-монастырь.

В этом же здании находится библиотека, там же проходят различные мероприятия. Община довольно дружная: стараются праздники проводить вместе.

57

Костел, реставрация, деньги

Татьяна понимает, что тема реставрации костела стоит остро, и сама начинает говорить о нем:

— Я когда прочитала высказывание по поводу того, что в костеле филармонию сделают, честно, сидела и плакала от бессилия. Потому что бьешься-бьешься, объясняешь-объясняешь людям, что нельзя так делать. И понимаешь, что  плевать они хотели на то, что мы там хотим. Несмотря на то, что у нас есть и федеральный закон о передаче зданий религиозного назначения приходам. Передаются же православные здания… Но у нас считают, что собственника у костела нет, хотя уже дважды приход подавал заявления. Там были небольшие претензии к документам. А делают вид, что никто и не претендует. И называют его «польский костел». На самом деле так он называется только в российских документах. Вообще это костел Римско-католической церкви. То есть нигде в наших названиях католических не звучит, как «польский костел».

Про средства интересно. Где их будут брать, если, предположим, костел отдадут Римско-католической церкви? Ведь считается, что здесь интерес не РКЦ, а, скорее, Польши.

— Вопрос финансирования стоит, конечно. У нас есть специальная емкость для сбора денег на ремонт костела. Эти средства откладываются.

88

— Но, подозреваю, их будет мало…

— Естественно. Когда нужно, люди сдают побольше. Мы так восстановили памятники священникам на кладбище, мы так крышу перестилали. Конечно, РКЦ объявит сбор по всем приходам. Мы так собираем домам для матерей-одиночек (и православному, и католическому). Безусловно, польская сторона готова выделить какую-то сумму. Но не потому что  это будет польская земля. Это место не будет польской землей никогда. Это смоленская земля, никто не собирается ее забирать. Но лично мне все равно из каких денег будет реставрация. Конечно, не совсем все равно — из ворованных средств, понятно, не хочется. Но не имеет значения: из католических, светских… Просто больно смотреть, как все разваливается, зданию больше 120 лет.

Это само собой. Но польская сторона почему готова вкладывать?

— Во-первых, Смоленск когда-то был польским. В Смоленске достаточно много польских корней. Здесь все равно, как бы ни было, Польша имеет больше связей, чем, скажем, Новосибирск. Священники у нас тоже польские. Связь есть, но это не значит, что костел — польский. Я была в Нижнем Новгороде, там священник — итальянец, но никто же не говорит, что это итальянский костел? Просто ни в каких городах нет проблем с этим. Проблемы только в Смоленске. Не буду озвучивать, почему, умным людям давно понятно, почему в Смоленске только православных храмы… Не хотелось бы верить, что действительно все так низко и подло, потому что все-таки христиане должны быть христианами.

То есть вы думаете, что это связано с Кириллом?

— Ну у нас же написано «земля патриарха»… Дело даже не в религии, а в политиканстве. И это не политика, а политиканство, потому что политика в угоду религии  в светском государстве — это не политика. Я этого не понимаю.

ппп

Плевок

А если здесь концертный зал органной музыки будет?

— Если просто концертный зал органной музыки — это плевок. Просто плевок… Я скажу так: в Москве в главном католическом храме России на Малой Грузинской улице проходят концерты органной музыки, но только в свободное от служб время. Вы слышали «живой» орган? Органная музыка  переворачивает все в душе. Я бы с удовольствием ходила на такой концерт здесь. Но все-таки хочется, чтобы здание использовалось по назначению. А строилось оно для богослужений. Приход строил костел. Католики, которые здесь жили — в Смоленске. То есть это деньги моих предков, они вкладывались для того, чтобы здесь были богослужения.

Субъективно — от автора

Искренне верующие католики искренне хотят проводить служения в костеле. Вполне справедливо, на мой взгляд, и разумно. Не ютиться в здании за ним, а внутри — торжественно и красиво. Это есть в других городах, в том числе и российских. Но… Религия — давно прислушница политиков. Не понимать, не видеть этого невозможно. Неспроста борьба за костел обострилась в тот момент, когда отношения Польши с Россией напряжены до предела. Ну нельзя отрицать этого, нельзя не понимать, почему Польша готова вложить деньги на реставрацию костела — только отдайте. Нельзя не понимать, почему российская сторона именно сейчас решила отреставрировать и устроить в нем концертный зал.

Для меня такая игра сродни использованию миролюбивых дельфинов для подрыва людей. Привязывают взрывное устройство, и ничего не понимающий, но несущий смерть, он плывет. Суть в том, что втянуты в войну те, кто далек от этой вражды. Смоляне. Католики. Которые на служении подают тебе руку и говорят «Мир».

Лично я не верю, что костел отдадут католикам. Не верю ни капли, оценивая эту самую борьбу стран. Мне жаль.

гг

Прочитать предыдущую публикацию о костеле можно здесь.

Напомним, что каждый может выразить свою точку зрения в рубрике «Мнения». Подробнее здесь.

На главную

Также вам может понравиться...